Интервью с Витковской Антониной Петровной — российским парфюмером

Интервью с Витковской Антониной Петровной — российским парфюмером

Многие даже не подозревают, что к древнейшим профессиям можно отнести и профессию парфюмера — первые жидкие духи были созданы около 3500 лет до н. э.! С тех пор этот процесс окутан покровом таинственности и загадочности, а творцов запахов приравнивают к магам и алхимикам. О профессии современного парфюмера нашему корреспонденту ВАДИМУ ГРИГУ рассказывает директор парфюмерно-косметической фабрики «Новая Заря» АНТОНИНА ВИТКОВСКАЯ.Витковская Антонина Петровна – руководитель и лицо фабрики «Новая Заря — Nouvelle Etoile» с 1996 года, единственный специалист высочайшего класса в России, имеющий международный диплом, выданный Парижским институтом парфюмерии, общественный деятель, талантливый парфюмер и главный блюститель традиций Брокара.Новая Заря— Франция до сих пор является флагманом в мире парфюмерии?
— Безусловно. Уровень знаний у них — и в дизайне, и в промышленности, и в исполнении — намного выше. И Франция очень дорожит своими специалистами в области парфюмерии. В специалистах, которые работают у нас в стране, Франция не нуждается.Но мы во Франции нуждаемся.
— Насколько я знаю, самые популярные духи вашего предприятия — «Красная Москва» — тоже были созданы французом, Мишелем Августом.
— Это так. И сама я тоже многое переняла у французов. Я окончила в Риге химический институт и очень любила парфюмерию. И сама очень хорошо нюхала. Потом мне повезло, и я попала на завод Dzintars. Тогда там работало много французов. Главный парфюмер тоже училась у французов. Я с большим трудом попала в лабораторию и получила все необходимые для создания ароматов знания.
Но начала я с очень простого — с отдушивания мыла. Потом перешла в парфюмерное производство, поехала на стажировку во Францию. Там я работала со многими знаменитыми парфюмерами, создающими запахи и для Dior, и для Guerlain.
Стажировалась я у Франциса Камая, который создал знаменитый Charlie, выпускаемый американской фирмой Revlon. Потом работала с Жаком Сюзаком, который создал Farenheit; с Пьером Бордо, придумавшим Cool Water для «Давидофф»; с Оливье Крес, создавшим Dune.
— Это тот путь, который надо пройти, чтобы стать парфюмером?
— Во многом да. Что делается во Франции? Во Франции каждый парфюмерный дом типа Nina Ricci, Lancome или Yves Rochas выращивает своих парфюмеров. Каждый дом имеет свой почерк — в стиле, в запахе. И начинающего парфюмера учат создавать запахи, которые соответствуют этому дому.
Кроме того, в Версале есть институт для парфюмеров. Это единственный в мире вуз, который готовит специалистов для парфюмерной промышленности. Туда имеют право поступать только химики, обучавшиеся в вузе как минимум два года. И там идет детальная подготовка по двум направлениям: парфюмерия и косметика. После трех лет обучения выдается диплом.
Из этого института выходят весьма разноплановые специалисты. Ты можешь быть «носом», и тогда по очень большому конкурсу тебя могут взять в один из парфюмерных домов подмастерьем. Потом, проработав еще три-четыре года на фирме и показав соответствующие способности, можно быть допущенным к созданию запахов.
При этом Франция выдает свои парфюмерные секреты очень мелкими порциями — на курс набирают всего 18 человек, и только трое из них могут быть иностранцами.
Что касается России, то в советское время было около десяти парфюмерных фабрик, которые создавали свои запахи. И точно так же, как во Франции, каждая фабрика растила своих парфюмеров, которые поддерживали линию запахов, свойственную именно этой фабрике. Большая часть этих фабрик уже прекратила существование. Печально, что сейчас в нашей стране не выращиваются свои парфюмеры.123— Кто чаще всего одарен природным нюхом?
— В целом люди искусства очень хорошо нюхают. Например, Алла Пугачева. Когда мы работали над духами для нее, был один момент, который меня просто поразил. Я хотела немного ее запутать и предложила целых десять вариантов, и она все равно выбрала тот, что задумала. Я никогда не забуду фразу, которую она сказала: «Если есть талант, то талант во всем». Мне также несколько раз приходилось встречаться с Резником, Ириной Понаровской. Они прекрасно разбираются в запахах.
Даже Юрий Лужков очень хорошо нюхает. Когда мы делали одеколон «Мэр», он капризничал. Мы ему предлагали разные запахи, и он в результате выбрал очень удачный.
— Как можно развить свое обоняние?
— Надо все время нюхать. Сначала — индивидуальные вещества, масла, потом композиции, потом их составы, запоминать их. Надо нюхать утром и вечером. Это целая наука.
— А может профессиональный парфюмер определить по запаху место происхождения ароматической эссенции, как знаток вина определяет по вкусу район произрастания винограда?
— Безусловно. Взять, например, розу. Есть роза грасская, и марокканская, и болгарская, и русская. Все они отличаются. Даже если пришли две партии из одной страны, но из районов с разными климатом, парфюмер обязательно их отличит.
— У обычного человека нос перестает различать запахи после знакомства с 4-5 ароматами подряд. Сколько же «обнюхиваний» может выдержать профессиональный парфюмер?
— Парфюмер может нюхать очень много. В принципе, нос тоже устает, но тогда можно попить кофе, отдохнуть. Нюхать можно целый день, всю жизнь. Вырабатывается даже дурная привычка: чтобы ты ни брал, ты все время нюхаешь. Более того, обостренный нюх затрудняет обычную жизнь. К тому же парфюмер должен быть физически здоров. Любой насморк, и ты теряешь профессиональную способность.
— Одни парфюмеры говорят, что черпают свои идеи из книг и многочисленных путешествий, другие — из повседневной жизни. Что помогает вам при создании новых духов?
— Бывает по-разному. Толчком может быть как заказ клиента, так и идеи, вызванные чем-то увиденным. Вот, например, «Казино» мы делали для Вячеслава Добрынина к его юбилею — он нам позвонил и попросил сделать коллекцию.
— А как правильно воспринимать запах?
— Аромат нюхается со специальных полосок бумаги, которые макаются в жидкость. При выборе запаха для себя надо наносить духи или туалетную воду на тело. Туда, где кожа тоньше, где ближе подходит кровь — на запястья, за уши. На одном теле определенный запах может быть хорош, для другого он может не подойти.

Здесь рождаются новые духи

Здесь рождаются ароматы! «Новая Заря»

Кроме того, важно учитывать традиции. Ведь когда парфюмер создает запах, он обязательно учитывает специфику региона. Каждый регион имеет свой запах, невзирая на моду в парфюмерии. В южных странах любят более теплые, перечные запахи. Это диктат природы — там растут знойные, перечные растения. Была такая фабрика в Ташкенте — «Лола». Для них я создавала теплые, восточные запахи.
Каждая квартира, каждый дом имеет свой запах. Запах вообще играет очень большую роль в жизни человека. С него начинается восприятие другого человека. Вам может визуально нравиться человек, но если запах его неприятен, вы постараетесь быстрее прекратить общение. Парфюмеры говорят: «Женщина, которая неправильно выбирает себе запах, может оказаться нелюбимой».
— Сколько ароматов изобрели лично вы?
— Я изобрела 40 запахов на Dzintars; все, что делает «Новая Заря», тоже создано мной и еще четырьмя парфюмерами под моим руководством. Это «Ты и я», «Олимп», «Форвард», «Мэр», «Милая», «Юнкерский» и многие другие.
— Вы сами пользуетесь парфюмами, которые создали?
— Обычно, если я выпустила запах на рынок, я им не пользуюсь — я уже обдумываю другую тему. Но вот сейчас у меня на столике стоит «Очаровательная шалунья». Ну никак не могу от нее отказаться! Вообще, мое направление — это запахи свежие, легкие, женственные и обязательно интригующие и провоцирующие. Мне очень нравится «Ты и я». Из французских новинок — Very от Valentino, Tendress от Givenchy. А вот восточные запахи мне не подходят.
— Какой запах, по-вашему, мог бы произвести революцию в наше время?
— Иногда на рынке действительно появляются революционные запахи. Например, Farenheit. Это был первый мужской одеколон, которым стали пользоваться женщины. Потом появилось направление «унисекс». Меняется мода, меняется стиль жизни, меняется запах. Трудно что-то предвидеть.
— Я знаю, что аромат Samsara от Guerlain создавался десять лет. От чего зависит время создания духов?
— Это так индивидуально! Иногда бывает, что сразу запах пошел, и пошла тема, дизайн. Бывает, аромат создается за три-четыре месяца. А иногда — столько работаешь, а ничего не идет! Кстати, все долгие запахи оказались какие-то невезучие, и мы их сняли с производства. В среднем же на новый запах уходит год-полтора.
— С появлением современных технологий стало возможно анализировать запах на молекулярном уровне. Следует ли из этого, что понятие секретной формулы, которую парфюмеры всегда хранили как зеницу ока, исчезает?
— Наверное, да. Любой грамотный химик на хроматографе расшифрует формулу. Так что скопировать запах довольно легко.
— В США нельзя запатентовать духи и обезопаситься от «грамотных химиков». А у нас можно?
— Я обязательно патентую запахи в патентном бюро, потому что у нас много крадут всякие подпольные фабрики. Правда, если кто-то начал выпускать, например, «Красную Москву» или «Злато скифов» — я изымаю их с рынка со скандалом.
— «Злато скифов» и «Красная Москва» — это парфюмерные хиты советской эпохи. Как тогда работалось парфюмерам?
— Это было страшное время. Диктовалось все: какие компоненты закупать, сколько чего выпускать. Был такой Союзпарфюмерпром, а при нем — дегустационный совет из 12 человек. Этот совет давал разрешение на выпуск любых запахов. Грубо говоря, как вся страна должна была путешествовать глазами Сенкевича, так и нюхать все должны были носами этих 12 тетушек. Любая фабрика должна была раскрыть свою формулу перед этим советом и продемонстрировать запах. Если им не нравился запах, они не давали разрешение на закупку нужных компонентов. Но ведь это все равно как запретить художнику покупать зеленую гуашь!
— Зато сейчас можно создавать парфюмы даже по индивидуальным заказам. Кстати, сколько это стоит?
— Все зависит от размера серии, от того, нужен ли вам специальный флакон, какие масла туда входят, какое сырье. Например, проекты, аналогичные «Мэру», могут потянуть на несколько десятков тысяч долларов. Одна лишь пресс-форма для нового флакона стоит $10 тысяч.
— Парфюмерная промышленность — довольно прибыльный бизнес: до кризиса объем продаж в России переваливал за $150 млн, а в США он составляет $5-6 млрд в год. А сколько при этом получает парфюмер?Парфюмерная лаборатория фабрики "Новая заря"
— Ставка главного парфюмера, например, на Guerlain больше, чем у президента компании. Сколько именно, я сказать не могу по этическим соображениям, но это много, очень много. И это понятно. Парфюмер — это бриллиант, который сияет среди обычной гальки. Представляете, сколько на рынке запахов, и создать новый, который стал бы топом, не так-то просто. Каждый год выходит около 250-300 новых запахов, и нужно очень постараться, чтобы клиент выбрал именно твой. Поэтому даже рядовой парфюмер на Западе получает $3-5 тысяч в месяц. У нас о таких зарплатах никто даже не мечтает.
Хотя в советское время парфюмер жил неплохо. Премии не выплачивались, но мы получали за изобретения. Я лично получала очень много денег по тем временам. К тому же шел процент от прибыли при выпуске твоих духов.
— А как, по-вашему, пахнут деньги?
— У денег, безусловно, специфический запах. Это запах немного древесный; и я не знаю почему, но там есть также ноты мускуса и кожи. Но так пахнут новые деньги. Старые же купюры пахнут в зависимости от того, кто их использовал. Деньги нищего, например, пахнут нищетой.
— Не думали ли вы застраховать свой нос?
— Все это глупости. Я так скажу. Если Бог дал голос, пой. Если ноги — ходи по подиуму. Если нос — нюхай.

Ваше имя:

Ваш E-Mail:

Отзыв: